Три вещи. Вещь вторая — любовь

Досуг

Ровно в восемь машина Алисы подъехала к фонтану. Алекс сидел на краю чаши и задумчиво смотрел на воду. Увидев Алису в притормозившей рядом с ним машине и распахнувшую дверь авто, он приветливо улыбнулся. — Здравствуй, Алиса. — Здравствуй, Алекс, — усмехнулась она. — И куда мы поедем? — Ко мне на дачу. Ровно в восемь машина Алисы подъехала к фонтану. Алекс сидел на краю чаши и задумчиво смотрел на воду. Увидев Алису в притормозившей рядом с ним машине и распахнувшую дверь авто, он приветливо улыбнулся. — Здравствуй, Алиса. — Здравствуй, Алекс, — усмехнулась она. — И куда мы поедем? — Ко мне на дачу. На дачу? Правда, это не совсем дача… Короче, увидишь. Он забрался в авто. Может, ты сядешь за руль? Они поменялись местами. … Это, действительно, была не совсем дача… Можно было бы назвать это парком. Альпийская горка, покрытая ковром трав и цветов. Заросли сирени, жасмина, роз и других кустарников, названия которых Алиса не знала… Пруд, в середине которого — остров, два ажурных мостика. На островке огромная беседка, обвитая розами и виноградом. В беседке бархатный диван и маленький столик. Он перенёс её в эту беседку на руках, пройдя по одному из мостиков. Они пили чай с мёдом и ели виноград. Алиса решила не торопить события. Ей было интересно. Она ни разу не видела его автомобиля… Есть ли он у него? Но этот парк и дом, который виднелся за кустарником и огромным лугом, поразили её воображение. Хотя Алиса привыкла давно ничему не удивляться. Алекс! А чем ты зарабатываешь на жизнь? – спросила она. Если я скажу, что получил наследство от тётушки, — ты не поверишь, — усмехнулся он. Если бы я была твоей престарелой тётушкой, то с удовольствием бы оставила тебе парочку миллионов… Так мало? Евро. Он кивнул. Так, значит, ты не скажешь, Алекс? Он остановил на ней долгий взгляд. Я могу подумать что-нибудь неприличное… Например, что я зарабатываю своим телом? – усмехнулся он. Ну, учитывая, какое у тебя тело… — она облизнулась. Хорошо, я скажу. В своё время я занимался бизнесом. Несколько раз удачно сыграл на бирже и два года назад отошёл от дел. Того, что у меня есть, мне достаточно. А что денег бывает достаточно? – не поверила Алиса. Бывает. И что ты делаешь теперь? Пишу. Любовные письма или романы? — усмехнулась она. Нет, картины маслом. Свободный художник… Можно сказать и так. Я много путешествую. Недавно вернулся из Франции. До этого два месяца был в Индии. Собираюсь в Норвегию. Счастливец! – искренне позавидовала она. Нам ничто не мешает поехать вместе. Ты ошибаешься, Алекс! Знаешь, кто я? Женщина… Моя любимая женщина. Она рассмеялась. Я — Алиса Мельникова! Я — Алекс Нелидов. Ну и что?! Ничего, — Алиса улыбнулась, — милый, я закована… Кем? Чем, Алекс! Оковами своего бизнеса. Время от времени я с трудом могу вырваться на неделю. Но не больше. Работа съедает всё моё время. Неожиданно он вспомнил, где слышал это имя — Алиса Мельникова. Господи, неужели это она – меднорудная компания. Вот уж, действительно, хозяйка медной горы… Она истолковала его задумчивость по-своему, положила руку ему на плечо и потянулась к губам. Он взял её руки в свои, крепко сжал её пальцы, и она, почувствовав всю остроту его желания, устремилась ему навстречу. Подожди, Алиса, — он отклонился. Что случилось? Ничего. Не спеши. Сегодня у нас не секс, а любовь. Не поняла!? – она изумлённо изогнула бровь. Давай не будем спешить. Ты шутишь?! Нисколько. Ну, да! Ты разыгрываешь меня! Нашёл время шутить! Я не шучу, Алиса! Секса не будет до брака. До чего?! – изумилась она и закашлялась. Он заботливо похлопал её по спине. До брака. Секс без любви аморален. Секс без любви чего?! – задохнулась она. Аморален, Алиса! Прости, я чего-то не поняла. А как же тот секс, что у нас был?! Ну, с моей стороны всё было чисто. В смысле?! Я влюбился в тебя с первого взгляда. Мой секс с тобой был по любви. Я думал, что и ты… Она захохотала и никак не могла остановиться. Алиса! – он взял её руку, разомкнул сжатые в кулак пальцы и стал их медленно целовать. – Малиновый, вишнёвый, персиковый, грушевый, сливовый. — Он взял её вторую руку, – яблочный, ананасовый, апельсиновый, банановый, абрикосовый… Алекс! Ты сошёл с ума?! – тихо спросила она. Нет, просто, когда я был маленьким, бабушка всегда целовала мои пальцы, желая успокоить. Но я не маленькая! А ты — не бабушка! Нет, ты, Алиса, большая девочка. А мне никогда не быть бабушкой. Слава Богу, что ты хоть это понимаешь! Но ведь я могу быть отцом. У нас родится девочка – наша дочка, и я стану целовать ей пальчики. А потом ты станешь дедушкой! Конечно, любимая, — радостно согласился он. Алекс! Я хочу уехать. Хорошо, любимая. Я отвезу тебя домой. Я сама доберусь! Нет. Я довезу тебя до дома и провожу до квартиры. Алекс! Я большая девочка! А я взрослый мужчина. Хорошо, будь по-твоему, — сказала она вслух, а про себя подумала: чёрт с тобой! А если я тебя изнасилую? – спросила она полушутя — полусерьёзно. Я буду сопротивляться, любимая. И перевес силы на моей стороне. Алиса посмотрела на его мощную фигуру и с сожалением кивнула. Они прошли по второму мостику и двинулись через луг. На ходу Алиса наклонилась и сорвала княжик. Бархатные голубые лепестки цветка затрепетали в её руке. Ей хотелось уронить Алекса прямо в эту траву, сорвать с него одежду и водить голубыми лепестками цветка по его обнажённому телу. А когда он запросит пощады, наброситься на него и заласкать его до потери сознания. Он угадал её мысли. Ты непременно сделаешь это, Алиса. Когда?! – вырвалось у неё яростно. Когда станешь моей женой. Ты будешь ласкать меня так долго, как только сможешь сдерживать своё желание. Она с любопытством посмотрела ему в лицо. А затем, Алиса, — горячо прошептал он, — я заставлю тебя кричать от восторга! Я утомлю тебя ласками. А потом возьму на руки и унесу в нашу супружескую спальню, где мы будем ласкать друг друга до рассвета… Он приобнял её за плечи, привлёк к себе и очень нежно коснулся сухими губами её пылающих губ. Она облизнулась, ей казалось, что это ветер оставил у неё на губах прохладный привкус озёрной воды… Ты не хочешь посмотреть дом? – спросил он. Она покачала головой. Алекс! Мне хочется ударить тебя! Не могу сказать, чтобы мне очень хотелось получить пощёчину, но если тебе это необходимо, то ударь. Она сердито посмотрела на него и отвернулась. Он обнял её и осторожно поцеловал в губы. А потом подхватил на руки и донёс до машины. Ты ещё пачку писем мне напиши и перевяжи голубой ленточкой, — пробурчала она. Хорошо, как скажешь, дорогая. За всю дорогу Алиса не произнесла ни слова. Он тоже ехал молча. Они расстались у её двери. Алиса приняла горячую ванну и сразу легла спать. Наутро она проснулась презлющая. Её тело ныло и требовало наслаждения. Она взяла записную книжку и стала перебирать телефоны своих бывших любовников. С кем бы из них ей удовлетворить свою страсть… Неожиданно для себя она швырнула книжку на пол. Ни одного поцелуя без любви! Чёрт бы его подрал! Какие, кстати, у него глаза? Не голубые… не зелёные… пожалуй, цвета озёрной волны. И губы прохладные, мягкие. И тело! Какое у него тело! Господи! Как я хочу до него дотронуться! А язык у него такой упругий, такой сладкий! А его… Нет! Об этом лучше не думать! Чёрт бы его побрал! Как болит низ живота! Просто плавится! Она набрала его номер. Алекс! Да, любимая, — отозвался он сразу. Алекс! Я хочу тебя! Я тоже, Алиса, очень хочу тебя. Тогда зачем мы мучаем друг друга?! Он помолчал, а потом проговорил в трубку: Моё предложение в силе, Алиса. Какое предложение? – растерялась она. Выходи за меня замуж. Но, Алекс, я не собиралась… Ты говорила, любимая… Я не хочу тратить на мужчину времени больше, чем это требуется для наслаждения! Он промолчал. Алиса вспомнила, как на глубине его глаз плескалась нежность… Никогда и ни с кем ей не было так хорошо. Она бежала по жизни не оглядываясь, боясь хоть на минуту замедлить бег. Времени на передышку не было. В затылок постоянно дышали конкуренты. И она разделила мужчин на три категории: партнёры, наложники, конкуренты. И так год за годом! Каждый раз она говорила себе: вот, ещё немного и сумею остановиться, перевести дух. Но ничего не получалось. Бег продолжался. От каждого из своих любовников она хотела того же, чего и от… хорошего повара – удовольствия и насыщения. И ничего больше! Но с Алексом… можно было просто сидеть в беседке и говорить, можно было пить чай и смотреть, как плещется вода. С ним можно было остановиться, перевести дух. У Алекса есть островок, на котором так спокойно и безмятежно. «Персиковый, малиновый, грушёвый…» — вспомнилось ей. Хорошо! – неожиданно выпалила она, — я выйду за тебя замуж! Но если ты мне надоешь, я с тобой разведусь! Я не надоем, дорогая. Обещаю. И мы заключим брачный договор, Алекс! Хорошо, любимая, — рассмеялся он в трубку. Почему ты смеёшься?! Потому, что тебе не придётся тратить на меня деньги. Никогда. Никогда? Ну, если только ты мне купишь коробку шоколадных конфет… А ты что, любишь конфеты? Обожаю! А ещё что ты любишь? А ещё я люблю тебя и всё, что любишь ты! Она молчала. Алло! Алиса! Я могу готовиться к свадьбе? Можешь, — она опустила трубку на рычаг. Алиса повернула голову и увидела своё отражение в зеркале… Зеркальный двойник выглядел явно растерянным. Давненько Алисе не приходилось видеть его в таком состоянии… Я, кажется, выхожу замуж, — сказала ему Алиса и облизала губы.